"Игра в кальмара" возглавила топ Netflix: в чем феномен сериала?

Алан ИСАЕВ

© Youngkyu PARK/Netflix via AP

"Игру в кальмара" уже посмотрели 111 млн человек. Проходной, казалось бы, сериал с бюджетом 17 млн долларов стал мировым культурным явлением благодаря разрушению канонов.

Последние несколько лет Голливуд находился в глубочайшем творческом кризисе. Все отшлифованные за долгие годы драматургические схемы и приемы перестали работать. Самыми скучными эпизодами стали кульминационные битвы. В какой-то момент от мельтешения ничего не значащих картонных персонажей в "Мстителях" хотелось запустить в экран сапогом.

Заокеанская "фабрика грез" конвульсировала в глубоком кризисе "трех актов". Люди начинали смотреть блокбастеры и... засыпали, потому что знали, чем все закончится.

Вдобавок кинопроизводители попали в ловушку "культуры отмены". Рэй БРЭДБЕРИ еще в 50-х годах прошлого века в романе "451 градус по Фаренгейту" предрекал, что все книги сожгут, ведь каждое выдающееся произведение кого-то обижает или неэтично затрагивает.

Современные кинодраматурги связаны по рукам и ногам. Они боятся ненароком задеть чувства всевозможных социальных групп, меньшинств и т. д. А ведь в основе любой хорошей драмы — конфликт.С другой стороны, они отказались транслировать высокие идеи любви и чести, потому что посчитали их устаревшими. В результате получается на редкость постное, как манная каша, кино.

Режиссер и сценарист Хван ДОН ХЕК не только не боится кого-то обидеть. Он еще и наплевал с высокой колокольни на подобные фобии и со знанием дела рушит каноны.

Кадр со съемочной площадки
Кадр со съемочной площадки

Сериал начинается с жизнеописания великовозрастного балбеса, живущего на иждивении у старухи-матери и ворующего у нее деньги. А еще он трус, слабак и страдалец. Нет у него ни единой суперсилы или даже завалявшегося жизненного навыка, кроме пристрастия к играм. Это вам не Чак НОРРИС и его многочисленные современные альтер эго.

Кадр из сериала
Кадр из сериала

Режиссер дурачит зрителя, подбрасывая еще одного главного героя — бесстрашного детектива. Весь фильм, пока другие люди страдают, он играет в шпиона, упиваясь собственной крутостью. Или вовсе лазает по подземельям, собирая улики, пока число массовки неумолимо сокращается. Так кто после этого балбес?

Кадр со съемок
Кадр со съемок

Сериал не старается быть комфортным. Вместо привычного саундтрека — какофония, вместо гармоничного подбора цветов в кадре — контрастирующие костюмы. А когда убивают людей, играет милая музыка.

Кадр из сериала
Кадр из сериала

А еще в сериальном повествовании нет никакой линии любви. Режиссер не хочет опошлять кадры антиутопии поцелуем своего балбеса и северокорейской прелестницы. Да и вообще, на ее хмуром личике нет и намека на то, что она даст кому-то шанс. Любовь здесь крутят исключительно антагонисты.

Кадры со съемок
Кадры со съемок

Никто из зрителей не может ничего предугадать, кроме того, что будет много кровищи. Конечно, герой после этих передряг переродится и станет сильнее, но это только признак хорошей драматургии.

Самую первую в мире антиутопию написал Евгений ЗАМЯТИН. В 1920 году он закончил повесть "Мы". С первых страниц вас охватывает чувство безнадежности и обреченности, которые царят в мире, где люди живут в домах со стеклянными стенами и не воспитывают своих детей. Читать такое больно, а видеть тем более.

Кадр из сериала
Кадр из сериала

Антиутопия "Игра в кальмара" появилась спустя 100 лет, но эксплуатирует те же образы. Это мир жестокости. Вип-гости устроили кровавую пирушку и наблюдают сверху, как копошатся за подачку подопытные крысы.

К слову, а ведь это Южная Корея, где средняя зарплата составляет 3,5 тысячи долларов. Каково в таком случае приходится жителям развивающихся стран?

Я хотел написать историю, которая станет аллегорией или басней на современное капиталистическое общество, что-то, изображающее конкуренцию в экстремальном виде, экстремальную конкуренцию жизни,

— заявил режиссер Хван ДОН ХЕК.

Кадры со съемок
Кадры со съемок

Драматургия уже никогда будет прежней. "Игра в кальмара" показала, что кино не должно выглядеть этично или бояться кого-то оскорбить. А еще сериалу полезно вызвать любую эмоцию, сколь угодно негативную. Самое главное — не дать этой аморфной скучающей миллиардной массе, утонувшей в контенте, заснуть.

Рекомендуем

Пиксель для количества просмотров