Жительница столицы Ольга Шанталь кормит пенсионеров бесплатными обедами
ДОРОГА СТАРУШКА К ОБЕДУ

О благотворительности в Казахстане говорят много и часто. Одни сетуют, что в нашей стране это дело неблагодарное, другие не верят в искренность намерений многочисленных благотворительных фондов. Жительница столицы Ольга Шанталь предпочла разговорам дело и организовала бесплатные обеды для нуждающихся пенсионеров. Теперь каждое воскресенье молодая женщина стоит у плиты и готовит первое, второе и компот. Минимум на 100 человек!

– Ольга, что сегодня на обед?

– Сегодня куриный суп-лапша, жаркое, котлеты с мясом, витаминный салатик, компотик и чай.

– Сколько стоит этот обед?

– Я производила расчет: чтобы накормить 100 человек первым, вторым, салатом и компотом, надо максимум 30 тысяч тенге. Это килограммов шесть мяса, одна хорошая курица и остальное. Самое дорогое – мясо.

– Деньги исключительно ваши?

– Мы деньги не берем. Составляем список необходимых продуктов, и люди приносят. А если не хватает, я докупаю.

«Благо нельзя творить за деньги»

На часах – обеденный полдень. Пенсионеры гуськом потянулись в столовую, расположенную в одной из столичных гостиниц. Хозяева разрешили Ольге пользоваться помещением, что называется, за спасибо. Чем не благотворительность?

– Ольга, что вы вкладываете в понятие «благотворительность»?

– Для меня благотворительность – это все-таки бескорыстность. Это доброе дело, которое ты делаешь не за деньги, не за оплату, а с добрым сердцем. Ты должен это чувствовать. Обязательно надо прочувствовать, для чего и зачем ты это делаешь.

– В нашей стране довольно много благотворительных фондов, и с каждым годом становится все больше. Как вы относитесь к их деятельности?

– Я очень уважаю людей, которые занимаются благим делом. Но, к великому сожалению, для некоторых лиц благотворительность – это просто заработок. Причем очень хороший, потому что это никак не контролируется. Люди давят на жалость и таким образом зарабатывают. Поэтому, когда говорят о том, что люди стали делать больше благих дел, я очень рада. Но когда я вижу, что люди прикрываются этим, я грущу.

– Как отличить настоящий благотворительный фонд, который действительно хочет помочь, от фонда-однодневки?

– Когда вынуждают помочь и когда начинают давить на чувство жалости и выявлять чувство вины. Как ты, здоровый, не помогаешь больному? Или как ты, имущий, который работает и зарабатывает, не подаешь тому, кто не работает и не зарабатывает?

– В прошлом году на одном из «круглых столов» представители благотворительных фондов сетовали на то, что пожертвования, превышающие 3% от дохода предпринимателя, облагаются налогом. Правильно ли это? Должна ли вообще благотворительность облагаться налогом?

– Что мы имеем под словом «благотворительность»? Когда идет финансирование, то это прямой бизнес. А бизнес должен облагаться налогом. Если кому-то необходимо помочь, то тот человек, который хочет помочь, может приобрести это сам и привезти. Допустим, когда благотворительный фонд просит у меня определенную сумму денег, я задаюсь вопросами: для чего это нужно, что вам нужно купить, может быть, я могу купить сама и вам привезти? В этом случае ничего не будет облагаться налогом.

– С другой стороны, сотрудники фонда тоже должны получать зарплату и кормить семьи.

– Корень слова «благотворительность» – благо творить. Благо нельзя творить за деньги. Понимаете? Соответственно, это больше волонтерское движение. А когда ты должен зарабатывать, тогда это бизнес.

«Я сделал доброе дело – я хороший»

– В проекте «Большое сердце» вам тоже помогают волонтеры. Как вы их находите?

– У нас есть страничка в Instagram и также моя страничка в социальных сетях. Я просто выставляю посты. Когда были первые обеды, я говорила: в такое время будут обеды, мне нужна физическая помощь. Сейчас у нас уже определилась группа постоянных волонтеров, которые приходят. Также те, кто изъявляет желание прийти и помочь, без проблем могут это сделать. Мне повезло, что не приходится трубить в трубы и кричать во всеуслышание: помогите! Люди просто видят и приходят.

– Какова личная мотивация?

– Возможно, это я (смеется). Вы знаете, изначально люди приходят, чтобы почистить карму. Я сделал доброе дело – я хороший. Но потом, когда они видят этих людей, как они поют после обеда, как они танцуют, то понимают: для наших бабушек и дедушек это не просто бесплатная еда, это социальная жизнь. Они ждут этого воскресенья и приходят для того, чтобы провести время, поговорить. У нас, кстати, образовалась парочка. Когда они видят это, то хотят прийти еще раз. Почему я не беру деньги? Только потому, чтобы человек прочувствовал и увидел, что он делает. Тогда у него меняется сознание, и он понимает истинный смысл благотворительности.

– Почему вы решили помогать именно пенсионерам? А например, не детям, как это чаще всего бывает в нашей стране?

– Как вы правильно сказали: чаще всего бывает в нашей стране. Да, многие помогают детям, кошечкам, собачкам, многодетным матерям, инвалидам. Я очень уважаю тех, кто это делает. У меня есть знакомые, у которых приюты для животных. Но давайте будем честными: мало кто думает о стариках. Я помню своих бабушек, когда на пенсии они были в окружении внуков. Но я также знаю некоторых стариков, которые никому не нужны. Пенсии, к сожалению, не такие большие, чтобы, например, путешествовать, как это делают старики в странах Европы. Это не представляется возможным. И ко мне пришло осознание, что для многих из них это просто одинокое ожидание смерти. И, как правило, не в лучших условиях. Мы это видим и просто закрываем глаза.

– Пенсионеры, которые к вам приходят, это малоимущие или просто одинокие старики, которым не хватает общения? Кто эти люди?

– Это и одинокие, это и малоимущие. Для кого-то это воскресенье – возможность покушать. Мы обязательно отдаем с собой то, что у нас остается. У нас есть бабушка Надя, которая снимает времянку. Мы собираем ей ягодки от компота. Она их либо так ест, либо печет пирожки. Также у нас есть дедушка Сергей, у которого все умерли. Он один. Да, у него есть квартира, у него есть пенсия. У другого нашего дедушки пенсия 20 с лишним тысяч тенге, он живет в хостеле и 20 тысяч оплачивает именно за аренду хостела. Где-то подрабатывает и приходит. Также есть старики, которые в принципе не нуждаются в питании. Но они нуждаются в общении. Вы знаете, первое время было чуть сложно, потому что приходили совсем уж нагловатые бабушки, которые думали, что это все делается за счет средств государства и что мы обязаны обслуживать их по полной программе. Мы объяснили, что это только за счет средств волонтеров и что мы делаем это от души и от чистого сердца. Мы просим, нет, не любить нас, а просто уважать то, что мы делаем.

– Вы не отказались бы от помощи государства, если бы вам ее предложили?

– Я бы не отказалась от места. На самом деле мы сейчас в поисках постоянного места, где можем проводить обеды. Я готова арендовать столовую, чтобы пять дней в неделю она окупала себя и зарабатывала на обеды, а в субботу и воскресенье это место было бы только для бабушек и дедушек, где бы они бесплатно кушали и играли, проводили время. Я бы с удовольствием закупила игры, за которыми они бы проводили время.

«Получил первую пенсию – и в гроб»

– Говоря о социальной составляющей. В нашей стране разработана программа активного долголетия. Например, в Алматы планируют проводить ярмарки вакансий для пожилых людей. Есть идея обучать пенсионеров компьютерной грамотности. Это все замечательно, но многие старики по-прежнему чувствуют себя на обочине жизни. Что не так? Ведь вроде бы и программа хорошая есть, и финансирование выделяется…

– Давайте будем честными. Вы владелец бизнеса, и вам предлагают взять на работу бабушек и дедушек, у которых то давление, то ревматизм. Соответственно, вы будете немножечко обескуражены. Зачем вам такой работник? Если будет стоять выбор между молодой девушкой и бабушкой, кого вы выберете? Мы прекрасно понимаем, что в преклонном возрасте знание компьютера – это совсем нелегко. Что может сделать 60–70-летний дедушка на компьютере в отличие от молодого прогрессивного парня?

– Я так понимаю, это как при приеме на работу людей с инвалидностью. Скорее всего, предпринимателям предлагаются какие-то преференции, в том числе налоговые.

– Что важно для любого бизнесмена? Чтобы бизнес рос. Нужна эффективность. Можно ли делать ставку на человека, который завтра может не выйти на работу, заболеть? Программа хорошая, но продуктивна ли она?

– Ольга, вы боитесь старости?

– Я считаю так: пока ты двигаешься, пока ты совершенствуешься, пока ты что-то делаешь, пока ты учишься, ты не можешь постареть. Это не старость. Когда мне некоторые говорят, что я уже старая, я отвечаю: я не старая, я опытная. Когда человек стареет? Пока человек работает, он чувствует себя прекрасно. Вышел на пенсию, нечем заниматься, начал быстро стареть, болеть, чахнуть. Все.

– Так значит, вы за увеличение пенсионного возраста? Чтобы наши пожилые люди дольше работали и оставались активными?

– Скажу вам мою позицию: я не рассчитываю на пенсию. Я не рассчитываю, что буду получать каждый месяц от государства какую-то определенную сумму. Я рассчитываю на то, что все-таки смогу создать себе безбедную старость и сделать так, чтобы мне не приходилось ждать ежемесячно и стоять в очередях за определенной суммой.

– Ну а в целом к увеличению пенсионного возраста как относитесь?

– Однажды я увидела на просторах Интернета, что пенсию надо выплачивать с 19 до 30 лет. То есть в то время, пока ты молод, бодр, полон сил и энергии, нужно смотреть мир. А уже в более преклонном возрасте, когда ты более усидчив, когда ты понимаешь, что есть жизнь, когда у тебя есть определенная цель, тогда ты начинаешь работать. Я не смею судить: увеличивать пенсионный возраст или нет. Общаясь в одних кругах, я понимаю, что эти люди никогда не будут старыми и им в принципе пенсия не нужна, поскольку они всегда будут работать и зарабатывать. Общаясь в других кругах, понимаю, что людям в 45 лет уже пора на пенсию. Опять же, если у нас уже есть какая-то пенсионная система, я считаю, что можно выходить на пенсию чуть раньше. А не так: получил первую пенсию – и в гроб.

Сегодня в Казахстане насчитывается более 2 млн стариков. Наша республика даже попала в список стран с преобладанием пожилого населения. Уже сейчас на каждые 100 детей приходится почти 26 пенсионеров.  И эта цифра, по прогнозам специалистов, будет только расти. Поэтому уже сегодня каждому из нас стоит задуматься: а что я сам могу сделать для того, чтобы старость стала в радость.

    Рекомендуем

    Пиксель для количества просмотров