Как нам капитализировать соседство с Китаем?

Ярослав РАЗУМОВ
pixabay.com

ПИРАМИДА МАСЛОВА

Известный российский китаист Алексей Маслов рассказал в интервью «ЭК» о выгодах, которые может принести казахстанско-китайское экономическое сотрудничество.

– Китай и США, несмотря на смену президента в Штатах, продолжают конфронтацию. Как это может повлиять на Казахстан?

– На мой взгляд, сейчас роль вашей страны, как крупнейшей экономики в Центральной Азии, для Китая актуализируется, появляются очень перспективные возможности. Во-первых, видно, что Пекин начинает менять логистику своих поставок. Если раньше он в основном вез свою продукцию в Европу и США, и это была его главная задача, под которую Китай выстраивал все логистические схемы, то сейчас ситуация меняется. Он начинает рассматривать Казахстан не как промежуточный регион своих поставок, а как самостоятельный в этом плане. То есть ваша территория будет интересна ему как цель назначения – и для реализации в Казахстане своей продукции, и для перегрузки ее там и дальнейшего распределения по соседним рынкам.

Во-вторых, очень серьезно зазвучит тема поставок органически чистых продуктов питания из Казахстана в Китай. Она для Пекина крайне важна. Исторически рост населения у него всегда опережал рост производства продовольствия, так сложилось с XII века. И Китай постоянно пытался как-то решать эту задачу. Последняя очень масштабная попытка была предпринята в 1950–1970-е годы, когда он в больших масштабах стал использовать в агросекторе удобрения и вообще различные химикаты. Но в конце концов и эта идея оказалась недостаточно результативной. И вот сегодня Китай обладает 10% пахотных земель мира, но должен с них кормить 20% населения Земли. За последние годы он признался фактически, что сам сделать это не может. И долгое время, вплоть до прошлого года, эта задача решалась во многом за счет поставок продуктов из США. Даже в китайско-американском соглашении от января 2020 года предусматривалась закупка продовольствия у американцев более чем на 30 млрд долларов. Сейчас ясно, что продолжать такой объем закупок в США Пекин не будет. Он пытался заменить их импортом из стран юго-восточной Азии – Индонезии, Малайзии, Таиланда. Но не получается. И здесь с учетом всех факторов – и геополитических, и ресурсных, и логистических – для Китая возрастает роль тех стран, что граничат с ним и способны производить много продовольственной продукции. Речь идет о сое, охлажденном и свежезамороженном мясе, овощах, фруктах и многом другом. Все это может производить Казахстан, и у него проявляется возможность стать не только пассивным импортером, а открывать свои торговые дома, представительства в Китае. Я знаю несколько таких вполне удачных, но небольших по масштабу примеров. Здесь стоит идти «на прорыв».

– Не могу не затронуть момент, который звучит очень часто. У соседей Китая не изжита боязнь соседа, того, что он через экономические отношения постепенно станет оказывать неадекватно большое влияние и на их политику.

– Эти настроения есть, действительно, во всех странах, кого история и география расположили рядом с Китаем. Не стану уходить в историю вопроса, но сегодня есть очень важный момент: за последние два года Китай понял, что мир может быть очень враждебен по отношению к нему. Многолетнее постоянное восхищение его успехами сменилось постоянной монотонной критикой со стороны США и их союзников. Пекин впервые вынужден жить в некомфортной для себя ситуации, и это привело к тому, что он переосмысливает своих партнеров, в том числе, думаю, и Казахстан. Еще недавно все страны были для него практически равноценны, и все хотели получать от него инвестиции – только в США он ежегодно инвестировал 30–40 млрд долларов и чуть меньше в европейские экономики. Сейчас ситуация изменилась: вчерашние партнеры постоянно говорят о санкциях. Китайским капиталам нужен выход на иные рынки, а китайской политике нужны иные партнеры, которые четко понимают, что мир без санкций – это мир, выгодный всем. И здесь Казахстан может стать для Пекина важным партнером.

А на стыке экономических и политических возможностей расширения сотрудничества Казахстана и Китая лежит такая перспективная тема, как логистика…

– Которая сегодня выглядит очень проблемно. Китай не пускает к себе казахстанские вагоны, казахстанские грузоотправители и транспортники несут болезненные потери.

– Это плохо, но я бы не концентрировал на этой истории очень большого внимания. Чего сейчас Китай боится, так это второй волны эпидемии у себя. Она может обрушить всю его экономику. И чтобы этого не допустить, он действует цинично и жестко не только по отношению к Казахстану. Также он поступает с российскими кораблями, боясь завоза инфекции. Сейчас, в условиях пандемии, не до дружбы. Выжить бы! Но это все пройдет, и Китай откроет свои границы либо к осени, либо в крайнем случае в конце этого года. И то, что Казахстан и Россия продавали китайцам, опять пойдет туда.

В теме трансграничной логистики, которая важна и для Казахстана, и для Китая, и для России, есть другая проблема. Много говорят о сопряжении ЕАЭС и проекта «Пояс и путь», но на самом деле никакого реального сопряжения между ними сейчас нет, потому что и опыта такого ни у кого нет. Это пока только фигура речи. Каким же содержанием можно наполнить эту идею? Есть интересный и отчасти реализованный проект – автомобильная дорога из западного Китая на запад Казахстана с выходом на Оренбургскую область России. Но для серьезного эффекта надо по этому маршруту прокладывать скоростную железную дорогу и не ждать ее быстрой окупаемости. Железные дороги в чистом виде окупаются десятилетиями. Эффект от нее будет через увеличение торговли как таковой, новые проекты и рабочие места для населения вдоль дороги, создание бесшовных и бестарифных барьеров.

– Если говорить о такой дороге, то есть важный технологический и финансовый вопрос – ширина колеи. В Казахстане и России она одна, в Китае другая. Кому-то из участников проекта придется уступать. Или всем вместе инвестировать в мощности по смене колесных пар.

– Да, но это вопрос переговоров, решаемая задача. Главное, чтобы было обеспечение загрузки дороги товарной массой со стороны Казахстана и России, чтобы обеспечить обратный поток груженных контейнеров в Китай. Нужно увеличивать товарное производство в наших странах, а увеличивать его можно только под китайский рынок, альтернатив нет.

Есть еще одно направление, которое сейчас вообще не рассматривается в вопросах сотрудничества с Китаем. Пока ни Россия, ни Казахстан не подошли к очень важному моменту – прорывным технологиям. А Китай этим занимается. Например, у него есть очень перспективный проект «Новая инфраструктура», который объединяет задачи по передаче электроэнергии на большие расстояния без потерь, управление промышленностью за счет искусственного интеллекта и наработки, ориентированные на новые типы образования и переподготовку кадров. Все это увязано воедино, Китай решил полностью технологически перевооружиться. Никто никогда в мире так комплексно к этому не подходил. Думаю, что у Казахстана есть потенциальная возможность подключиться к этому проекту. Ведь ваша страна обладает хорошим потенциалом в генерации электроэнергии и известна своей устремленностью к новым типам образования. В этом Казахстан одна из самых прогрессивных стран. Работать с Китаем можно через распределенные особые технологические зоны: казахстанская часть проекта на своей территории, китайская – на китайской.

– Время от времени начинают говорить о том, что нашим странам в торговле между собой нужно уходить от доллара. Это жизнеспособная идея?

– В том виде, как она подается сейчас, нет. Может быть, в определенной мере от расчетов в долларах мы можем отойти, если запустить некую кибервалюту, в обеспечении которой участвовал бы целый ряд стран, включая Казахстан, Россию, Китай. Но неизбежен будет вопрос, насколько она надежна. Самое главное, чего нельзя допустить, это создания параллельных расчетов – параллельного рассчетно-кассового центра, системы СВИФТ. Это на годы отбросит всю мировую торговлю назад.

    Рекомендуем

    Пиксель для количества просмотров